Главная


- Праздники

- Памятные даты

Ферапонтово - Архив Ферапонтова монастыря
ferapontovo.org

 

Сказание о древнем Ферапонтове Богородице-Рождественском монастыре, бывшем в упразднении более ста лет, ныне возстановленном

 

 Игумения Таисия (Солопова), 1909 г. 

 

 

Ферапонтов Богородице-Рождественский Мартинианов монастырь расположен в семнадцати верстах от города Кириллова Новгородской губернии, на земле, принадлежавшей в конце XIV века вотчине князя Андрея Димитриевича Можайского, каковую землю князь и подарил монастырю. Вообще, этот монастырь с самого начала своего существования состоял под особым покровительством князей и царей русских, особенно в то время, когда в нем поселился в заточении патриарх Никон.

 

Монастырь расположен на большем Архангельском тракте, мимо самой ограды его проходит большая дорога от Кириллова, так что и поныне служит пунктом отдохновения и благоговейного поклонения здесь почивающим преподобным для всех паломников, во множестве идущих в Соловецкую обитель, особенно весной.

 

Основатель его преподобный Ферапонт, в миру — Феодор, из боярской семьи Поскочиных города Волоколамска, в юности принял пострижение в Московском Симоновом монастыре, одновременно с преподобным Кириллом Белоезерским, которому он был сверстником по летам. Когда однажды преподобный Кирилл, стоя ночью на молитве пред иконою Божией Матери, услышал от нея чудесный глас, повелевавший ему идти для новых подвигов на Белоозеро, то он пригласил себе в спутники преподобного Ферапонта, которому раньше случалось бывать в Белоезерских краях. Придя на Белоозеро вместе, святые путники и поселились сначала вместе на берегу Сиверского озера, где стоит теперь известный Кирилло-Белозерский монастырь. Немного времени спустя преподобный Ферапонт для полнейшего безмолвия удалился отсюда на семнадцать верст к северо-востоку и основал обитель на живописном месте, среди двух озёр — Паского и Бородавского, которая и названа его именем — Ферапонтова. Так как земля, на которой он поселился, принадлежала, как уже сказано, князю Андрею Можайскому, то преподобный Ферапонт и стал известен князю и пользовался его уважением и милостями для своего монастыря. Это обстоятельство было причиною того, что преподобному Ферапонту не пришлось до конца пребыть в устроенной им обители и сложить в ней свои священные останки. Князь Андрей Можайский задумал основать монастырь в г. Можайске, для чего и вызвал преподобного Ферапонта, который, повинуясь его воле, устроил монастырь на указанном месте, и, так как князь не отпустил его обратно, оставался там до самой кончины, последовавшей 27 мая 1426 года. Там и доныне почивают его мощи.

 

Устройство основанной им на Белоозере обители довершено преподобным Мартинианом. В миру — Михаил, он был родом Вологодской губернии Сямской волости села Березняки — в 50 верстах от Ферапонтова монастыря. Ещё в детском возрасте пришёл он к преподобному Кириллу, который с любовью принял его, обучал грамоте и письму, затем постриг в монашество ещё в юном возрасте, прозревая в нём в будущем великое светило монашества, вообще, имея его своим любимым и ближайшим учеником. По смерти своего преподобного наставника в 1427 году преподобный Мартиниан, ища большего безмолвия, удалился из общежительной Кирилловской обители на пустынный остров на озере Воже (иначе — Чарондское), где впоследствии тоже основал обитель Преображения Господня. Когда же через несколько лет он снова навестил Кирилловскую обитель, чтобы поклониться гробу преподобного своего учителя, то Ферапонтовские иноки, уже лишившиеся своего отца и наставника Ферапонта, отозванного князем, умоляли преподобного Мартиниана остаться у них игуменом. Преклонённый их слезными молениями, он исполнил их желание и остался в Ферапонтовом монастыре, которым и управлял мудро, и привлёк внимание даже Великих Князей, правивших в то время Русью. В течение двенадцатилетнего игуменства его Ферапонтов монастырь был посещён князем Василием Тёмным, который заехал на благословение к преподобному Мартиниану, отправляясь в поход. Когда же он возвратился и занял свой московский престол, то вызвал к себе преподобного Мартиниана и сделал его игуменом Троицко-Сергиевской лавры. После преподобного Сергия это был уже шестой игумен по времени. Пробыв в Троицкой обители восемь лет, несмотря на заслуженные им всеобщие уважение и любовь, он, однако, тяготился своим положением, и всегда стремился в свой любимый Ферапонтов монастырь, куда и испросил себе увольнение от Великого Князя. Прибыв туда, преподобный Мартиниан прожил там еще более 20 лет в непрерывных трудах и заботах об устройстве монастыря. Он скончался 12 января 1483 года в глубокой старости, пробыв в иночестве около 70 лет. Мощи его почивают под спудом в церкви его имени в Ферапонтове монастыре. От них, как от целебного источника, источается множество чудесных исцелений, часть которых описана в приложении к житию преподобного Мартиниана, в рукописях XVI - XVII вв.

 

Из учеников преподобного Мартиниана, живших и скончавшихся в Ферапонтове, известны:

 

— Иоасаф, архиепископ Ростовский, в миру — князь Иван Никитич Оболенский, рака над мощами которого находится у ног преподобного Мартиниана, его учителя;

 

— друг святителя Иоасафа — преподобный Кассиан Грек, в миру — Константин, князь Макнувский, прибывший в Россию в свите принцессы Софии Палеолог, невесты Великого Князя Иоанна III. Впоследствии он основал свой Учемский монастырь на Волге, близ г. Углича;

 

— преподобный Галактион, Христа ради юродивый, современник святителя Иоасафа, много предрекавший и весьма прославившийся ещё при жизни даром прозорливости и чудотворения. Святые мощи его почивают под спудом при входе в соборный храм.

 

— Подле него погребён друг и сподвижник его преподобный Савва, которому преподобный Галактион предсказал день смерти его — в восьмой день после своей кончины, которую тоже предрек заранее.

 

— Около того же времени жил и умер Спиридон, митрополит Киевский и всея Руси.

 

Находясь в близком соседстве с знаменитой Кирилловой обителью, Ферапонтов монастырь был известен древним русским Князьям и Государям, которые нередко посылали ему вклады и пожертвования, давали льготные грамоты, а иногда сами приезжали сюда на богомолье. Так, кроме Василия Васильевича Тёмного, Ферапонтов посещали: князь Василий Иванович, отец Ивана Грозного, и сам царь Иван Васильевич Грозный, который был в Ферапонтове два раза, в 1545 и 1553 гг., и посылал сюда на помин души "опальных убиенных" щедрые милостыни, доходившие до 2000 р. на тогдашние деньги. В Смутное время Ферапонтов монастырь был опустошён шайкой казаков и литовцев, которые после неудачной осады Кирилловской обители занялись грабежом её окрестностей.

 

Во второй половине XVII века Ферапонтову монастырю суждено было сделаться местом заточения низложенного патриарха Никона. Никон пробыл в Ферапонтове 10 лет в заточении, суровость которого то ослабевала, то, по наветам врагов, снова усиливалась. В 1676 году по смерти царя Алексея Михайловича врагам Никона удалось настоять на переводе его в Кириллов монастырь, где престарелый и больной патриарх провёл последние пять лет своей жизни в тяжком заключении. Он был освобождён оттуда по настоянию молодого царя Феодора Алексеевича, который был его крестником, но на дороге в свой любимый Воскресенский Ново-Иерусалимский монастырь умер на Волге, близ Ярославля 17 августа 1681 года.

 

Со смертию патриарха Никона, внимание Царственных особ к Ферапонтову монастырю ослабело, и он, предоставленный собственным силам, не мог поддерживать всех церквей и монастырских зданий, уже и в то время требовавших ремонта. Пришлось прибегнуть к сборам частных и мелких подаяний, каковых, конечно, недостаточно было к удовлетворению всех монастырских нужд и содержанию немалого числа братии. При усиленных трудах, среди лишений и нужд монастырь едва мог просуществовать на этих условиях лишь с небольшим сто лет; и, наконец, в 1798 году ровно после четырёхсотлетнего своего существования (с 1398 года) упразднён и обращён в приход, к которому перешли все чудные старинные храмы его; а монашествующая братия переведена в Пензенский Преображенский монастырь.

 

В настоящее время в Ферапонтовой обители имеются 4 древних храма, но все они требуют значительного ремонта и поддержки.

 

1) Главный соборный храм во имя Рождества Пресвятой Богородицы построен в XV веке (1490 г.). В нём замечательны древний иконостас и росписи Дионисия иконника, также царское паникадило, пожалованное царём Михаилом Феодоровичем за упокой души матери его инокини Марфы. К сожалению, в этом храме совершать богослужения в настоящее время невозможно; с внутренней стороны в куполе видны большие трещины, хотя, может быть, и не опасные для него, т.е. не угрожающие ему падением, но тем не менее требующие исправления. Кроме того, в этом храме кирпичный пол, лежащий на деревянном накате, утверждённом на деревянных же балках, местами проваливается по причине сгнившего от времени дерева.

 

2) Мартиниановская церковь (1640 г.) весьма небольшая, продольной формы. В ней помещается рака над мощами преподобного Мартиниана — в нише стены на левой руке за левым клиросом. Рака очень бедна; простая деревянная почти без всяких украшений; лишь на верхней доске изображение преподобного Мартиниана в медной ризе, покров на ней и балдахин соответствуют её убожеству.

 

У ног его по левую сторону левого клироса ближе к иконостасу почивают тоже под спудом мощи ученика его святителя Иоасафа, князя Оболенского. Вместо раки на мощах нечто вроде деревянного футляра, окрашенного чёрной краской, покрытого плохой ветхой пеленой.

 

3) Третий храм во имя Благовещения Пресвятой Богородицы (1534 г.) соединён с соборным храмом деревянной галереей. В нём в настоящее время и совершается ежедневно богослужение, хотя он и не довольно вместителен. Под этим храмом находится обширное помещение, годное и для жилья; в нём находились трапеза и поварня древних отцов обители, что вполне подтверждается сохранившимися и поныне в стенах дымовыми ходами от бывших печей.

 

4) Четвёртая церковь — надвратная весьма малая и тесная, хотя и двухпрестольная (1649 г.). Один придел в ней в честь Богоявления Господня, а другой — во имя преподобного Ферапонта. Эта церковь была отведена патриарху Никону во время его заточения и служила местом молитвенных подвигов опального патриарха и утешением его многоскорбной душе. По маловместительности своей эта церковь после упразднения монастыря и во время принадлежности её приходу была совсем заброшена и в ней совершалось богослужение только в храмовые её праздники — 6-го января в день Богоявления Господня и 27-го мая — в день памяти преподобного Ферапонта. Ныне же при возобновлении монастыря она предназначена для совершения таинств брака и крещения прихожан, т.к. эти таинства по церковному уставу в храмах, находящихся внутри монастыря, совершаемы быть не могут. Но и для этого её необходимо поддержать, чтобы не допустить до полного разрушения, каковое постигло уже её деревянные части.

 

Невдалеке от монастыря на Бородавском озере виден так называемый "каменный островок", сооружённый собственноручно патриархом Никоном, который своими руками собирал на берегах камни и подвозил к намеченному месту. На этом островке патриарх, всегда заявлявший открыто о неправильности и незаконности своего низложения, водрузил крест со следующей надписью: "Сей Животворящий Крест Христов поставил смиренный Никон, Божиею милостию патриарх, будучи в заточении за Слово Божие и за святую Церковь на Белоозере в Ферапонтове монастыре в тюрьме".

 

К югу от Ферапонтова монастыря возвышается гора Цыпина, у подножия которой стоит древняя монастырская церковь во имя св. пророка Илии. На самой горе в 1882 году крестьянами построена каменная часовня в память Царя-Освободителя Александра II.

 

Живописное местоположение Ферапонтовой обители на горе, у подножия которой, отделяемые от ограды её лишь одной проездной дорогой, красуются два озера, сливаясь почти в одно, древность обители, её историческое значение, милостивое внимание к ней царственных особ, оказываемое ей в течение трёх веков от времен князя Андрея Можайского и до кончины царя Феодора Алексеевича, наконец, неразрывно связанная с ней история патриарха Никона, — всё это невольно привлекает внимание посетителей, не только случайно проходящих или проезжающих мимо, но привлекает их и издалека, чтобы взглянуть на эту достопримечательную, хотя в настоящее время уже крайне обветшалую обитель.

 

Известный писатель А.Н. Муравьев, посетивший Ферапонтов монастырь в 50-х гг. ХIХ века, отозвался о нём такими словами: "Так величава наружность Ферапонтовой обители и так живописно её местоположение, что нельзя не пожалеть о её запустении, потому что место сие как бы нарочно создано для монастыря преимущественно перед многими другими".

 

Разделял эту мысль и маститый иерарх русской Церкви, в Бозе почивший митрополит Новгородский Исидор. Несколько лет лелеял он в себе желание восстановить эту обитель, сделав её вместо мужской — женской. Эту, как он выразился, заветную мечту свою он высказал настоятельнице Леушинского монастыря игумении Таисии 15 мая 1892 года (памятен для неё этот день!). Зная её служебную деятельность и усердие, он остановил на ней свой выбор в преднамеренном восстановлении Ферапонтовой обители. Высказав ей это и тем как бы передав ей свой завет, как она поняла из его слов: "Вот я тебе передал свою заветную мечту", — он между прочим приказал ей умолчать до времени, пока он не переговорит с Обер-Прокурором Святейшего Синода и затем уже порешит дело и даст надлежащие указания. Однако исполнить сего ему не пришлось, в том же году он скончался 7 сентября.

 

Игумения хранила в душе своей слова святителя как священный завет и тревожилась несколько невозможностью для себя исполнить его. Впрочем она заявляла о сем преемнику митрополита по Новгородской кафедре архиепископу Феогносту, который со своей стороны тоже одобрил это предложение, однако дело не подвинул; самой же ей неудобно было как бы напрашиваться на такое великое дело, и преданная ей заветная мечта святителя оставалась без движения. Не так посмотрел на это преемник Преосвященнейшего Феогноста архиепископ Новгородский Гурий. Он сразу сочувственно отнёсся к воле почившего иерарха и поручил игумении изложить всё это на бумаге и при рапорте подать на его имя. С этого началось движение по делу восстановления Ферапонтова монастыря в 1901 году в сентябре месяце. Начались справки, переписки и все формальности, без которых невозможно было дальнейшее ведение дела.

 

И вот в конце 1903 года Святейший Синод указом от 12-го декабря за №11258 положил "восстановить древний упразднённый мужской Ферапонтов монастырь, обратив его в женский, и дело восстановления поручить Леушинского монастыря игумении Таисии". В указе были выяснены и все подробности приёмки приходской церкви с её имуществом. Всё было исполнено согласно предписанию, и уже 2-го января 1904 года состоялась приёмка церквей Ферапонтова прихода вновь восстановленным монастырём того же имени. Вскоре приехали и сестры Леушинской обители в Ферапонтово для введения там монастырского пения при богослужении согласно с правилами и уставами иноческой жизни и для начала монастырского хозяйства.

 

Негде было приютиться этим пришельцам — первым сестрам Ферапонтова монастыря! Не было ни одного помещения, пригодного для жительства! Теснота и крайние лишения всякого рода встречали их на каждом шагу. Единственный стоявший ещё каменный корпус, называемый "сушилом" (потому что прежде в верхнем этаже его рыбаки сушили свои сети), наружно хотя и похожий на дом, потому что к бывшему 500-летнему юбилею кое-как промазали и загладили его наружные продольные глубокие трещины, внутри представлял собою лишь груды развалин от упавших внутренних стен и совсем рухнувшего внутрь верхнего этажа, — к нему и подойти страшно, рискуя быть придавленным. В таком виде находится он и по сей час.

 

С левой стороны тоже полуразрушившихся Святых ворот имеется малая деревянная изба, состоящая из двух половин — в одной помещался сторож, другая служила местом отдохновения прихожан в ожидании богослужения. В этой-то избе на первое время и приютились двадцать человек Леушинских сестёр. В великой тесноте и во всесторонних лишениях пришлось им прокоротать всю половину зимы. У них не было даже ведра для воды, ни самой необходимой хозяйственной вещи, всё приходилось просить или покупать, так что на долю Леушинского монастыря выпало не только помогать первой организации Ферапонтовой обители, но и оказывать ей материальную помощь. В таком же стеснённом и скудном положении пребывают они и по настоящее время, пока ещё строится деревянный на каменном фундаменте двухэтажный дом. В этой убогой сторожке при сильной скученности застал их Высокопреосвященный Гурий, прибывший туда для служения 30-го мая и для открытия возобновляемого монастыря, что и совершилось весьма торжественно при громадном стечении народа.

 

Речь свою, обращённую к народу в церкви, Владыка начал словами: "Место сие свято и Богом намечено для селения иноческого! Печать разрушения, наложенная временем, несильна была остановить дела Божии; и вот после векового упразднения монастыря, он снова возникает и, может быть, с новой славой воссияет в здешней окрестности". Затем, обратясь к сестрам, увещевал их претерпевать все невзгоды и лишения, вспоминая, каким лишениям и скорбям добровольно подвергали себя здесь почивающие преподобные, не имев не только тесного, но и никакого помещения, никакого крова, ютясь в лесу со зверями, под открытым небом, под дождём и ветром, иногда без дневного пропитания, по слову апостола: "В пустынях скитающеся, и в горах, и в вертепах и в пропастех земных, лишени, скорбяще, озлоблени, ихже не бе достоин весь мiр" (Евр. XI, 37,38). Владыка благословил возобновлённую обитель иконою Спаса Нерукотворенного, сказав при этом: "Да возобразится Христос в сердцах ваших, подобно тому, как изобразил Он Свой Божественный лик для жаждавшего видеть Его Авгаря. Так совершилось восстановление Ферапонтова Богородице-Рождественского женского монастыря. С помощью Божиею, молитвами святых угодников Его, он понемногу будет крепнуть и приходить в надлежащее состояние".

 

Но много предвидится труда к достижению этой цели! Первое затруднение составляет полнейшее отсутствие средств, потребность которых даёт себя чувствовать на каждом шагу. Нужны они для поддержания древних археологических ценностей, нужны они для создания новых жилых и хозяйственных помещений; нужны для украшения храмов Божиих, для заведения ризницы, которой, можно сказать почти совсем не имеется; ни на одном престоле нет ковчега для хранения Св. Даров; священные сосуды весьма малы, а Евангелие напрестольное весьма ветхо; облачения новые только те, которые к открытию монастыря сделаны наскоро Леушинским монастырём, да ещё одна риза, пожертвованная к 500-летию; нужно наконец и дневное пропитание живущим сестрам. А средств нет, да и источников к сему пока не предвидится. Казалось бы, такие условия достаточны повергнуть в уныние и опустить руки принявших на себя заботы и труд по восстановлению обители, но — нет! Не таковы свойства веры в Промысел Божий и уверенность в высоте и святости предпринятого дела: "Иисус Христос вчера и днесь тойже и во веки", — по слову апостола. Как помогал Он древним инокам, так поможет и ныне, как располагал Он к ним сердца и посылал им покровителей и благодетелей в лице Царственных Особ и других христолюбцев, так силен Он и ныне привлечь сердца Своих избранных к доброму делу и оказать помощь воссозданию из развалин обители, уже украшенной святыми мощами многих угодников Божиих.

 

Их молитвами, паче же предстательством Владычицы Богородицы, Коей посвящена эта обитель, да совершится это великое дело во славу великого Имени Божия!

 

ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU
Межрегиональная Общественная Организация Историко-просветительское общество "Наследие Ферапонтова монастыря"

Создание и разработка сайта - Илья